Замки из глины, пепла, рассветов, льда
Мы в своей понастроили голове
Не прекращая верить, пойдем туда,
Где колыбельных на ночь, конечно, две:
Первая — чтобы в ночь отвела беду,
Чтоб до рассвета в небе над нами свод
Жестких колючих «я не произойду»,
Ярких уверенных «он не произойдет»
Если же глины на купол защитный нет,
Кто-то над нашей башкой запоет: возьми
Горы, озера, металлы, и на просвет
Сразу увидишь, как солнце встает к семи
вьюга и холод, камни и ледники
пусть производство света вам не с руки,
но, пока еще солнечный не погас,
пусть кто-то наугад обнаружит нас
мне есть что вспомнить, есть что забыть невмочь
если оставим зароки, отбудем в ночь
где-то за теплым прибрежным, совсем вблизи
все обнаружится, что мы вообразим:
будто сложилась история наперед,
будто в последнем шамане растаял лед,
будто в забеге демонов соскребя,
каждый нашел себя
в главной Книге написано: ты никогда не придешь, ты всегда в пути
если ты обнаружил дорогу, то я пожелаю тебе найти
только искренний путь: пусть под солнцем палящим нежарко, пусть ночь нежна,
пусть судьба тебе не жена
пусть ты сам выбираешь попутчиков, пусть аккуратно присмотрит бог,
пусть ближайший к тебе не завидует яростно — дескать, я так не смог
на тропе не получится спешно, поэтому делайся терпелив,
ожидая большой прилив
и за выдержку будет награда: дорога очистится и нутро
мастерство отпускать и прощать прегрешения близким как мир старо
если сможешь простить себя искренне, станешь однажды большим гуру,
и тебя пригласят в игру
в зале, полном живых людей, только мы живые
здесь на ужин в прокуренный бар подают фламенко
в запыленном стакане — корица, лимон, сангрия,
изнутри происходит салют и переоценка
у танцовщицы дерзкой на голени синим звезды,
облака обнажают просвет с каждым взмахом юбки
будто нет никакого невовремя или поздно,
будто нас тут прибило к берегу в плоской шлюпке,
будто небо не спит — оно в песнях, в ладонях, в танце,
будто каждый из нас может выкрасить стены храма.
здесь возникнуть, переродиться или остаться
я хотела бы в следующей жизни, сказала мама
«моя беда сильней твоей беды» —
сказал силач, что скручивал ады
в большой, скрипучий, очень прочный узел
«я выстрадал, что смог, и потому
не подчиняюсь богу ничьему,
не следую ни вожаку, ни музе»
«нет, ты не понимаешь. города
когда горят и плавится руда,
когда поубивают тех, кто верит,
тогда приходит страшная беда,
война среди своих, погром, вражда,
раздор, непоправимые потери»
так думали и мерились бедой
шаман большой, задира молодой,
и каждому казалось, что неправы —
и тот, кто вмиг оправдывал войну,
и тот, кто не пошел на глубину,
и свет над ними мерк, и вяли травы
и в паузах среди высоких гор,
которые поставили на спор,
две нации поставили на карту,
бог молча ожидал, что будет впредь
«ты за кого?» — «а ты?» — «нет, ты ответь»
«за то, чтобы стрелять устали к марту»
море, как неприрученный дикий зверь —
делает вид, что не ждало и не звало
и удивляется: что ты пришел теперь,
чем тебя принесло
что ты забыл здесь снова на берегу,
что ты пришел тут оставить, украсть и смыть?
я тебя не укрою, не сберегу,
что в тебе изменить
ты, одинокий воин, пропах костром
к морю пришел, чтобы в кожу наверняка
въелся соленый ветер, и — целиком —
лампа от маяка
чтобы на побережье упал закат,
ярче, чем через высокое оргстекло,
чтобы ты сам себе резко казался над
всем, что тебя сожгло
что прочнее и крепче у каждого судна - мачты или каркас?
если шторм приключится на море однажды, то где обнаружат нас —
уцепившимися за какой-то подводный останок, цветущий куст,
наблюдающими за атоллом, который пуст?
говорят, чтобы риф из кораллов создать, ослепительней, чем алмаз,
целый остров уходит под воду, в забвение, в самый последний раз,
оставляя кольцо над вулканом, вершину на суше, большой коралл,
как метафору всем, кто сдавался и умирал
наверху вряд ли хватит соленой воды, в глубине вряд ли хватит сил
разве стоили все эти подвиги тех, кто забытых не воскресил?
ты задай этот громкий вопрос всем, кто не побоялся большого льда
и поступков больших вопреки, — и услышишь «да»
Элен говорит: концентрация и руда
и лезвие точит камень, а не вода
Лука добавляет: допустим, ты неправа:
и действия тоже истачивают слова
тогда, чтобы вспомнить, кто ты, когда один,
Элен и Лука охлаждают себя до льдин,
молчат, наблюдают, как в поле растут цветы,
и сильные, думают, кто же, когда не ты
открытие сразу к обоим приходит вдруг:
у ливня и аплодисментов похожий звук
но только для одного предстоит найти
похожих продрогших и жаждущих на пути
мы оба – два одинаковых дурака:
рассчитываем, что жизнь круглый год легка,
что все, за что ни возьмешься, всегда с руки:
совсем, общественность думает, дураки
Мэтт лунатит ночами. проснулся сегодня в три,
пусть, сказал, все они продолжают существовать
импульсивная Энн, не уснувшая до зари,
говорит ему – как это понимать,
кто они, поскорей говори
Мэтт проспал до утра: не запомнил ни что за сон,
ни что это за женщина, пепельный блонд и дым,
ни что это за жизнь, для которой сегодня он
сделал все, чтобы кто-то гордился им,
чтобы Энни гордилась им
Энн ревет от кошмара обычно под утро, в пять
кое-как просыпается выжата, как лимон
странный Мэтт этой ночью (ни вспомнить, ни оправдать)
обнимал ее крепко, как будто он
обнаружен, прощен, спасен
кто ты, Мэтти, заросший брутал, кто с тобою так
ты ночами дрожишь от тревожности столько лет
с наступлением сумерек думаешь: дай мне знак,
не пробей мою мощь и бронежилет,
дай увидеть опять рассвет
тут ключи в коридоре, яичница на столе
кофе в кружке, а коды запомнены наизусть
Мэтт искал столько весен в отбросах и хрустале,
и нашел ее в призрачной полумгле
Энн, до вечера, я вернусь
мальчики мои, я надеюсь, теперь вы счастливы
те, с кем когда-то казалось, что по пути
свет, я надеюсь, ламповый или масляный
вам освещает дороги, куда уйти
я здесь в порядке – спасибо, что ты не спрашивал
в общем, спасибо за множество всяких “не”
вряд ли сильнее – но легче любое страшное,
если умеешь себя представлять вовне
я тут справлялась с неискренними и дерзкими,
слала подальше, кода не хватало сил
изобретала действительности и версии,
чтобы хотя бы кто-нибудь утвердил,
плакала, танцевала, писала разное,
верила в мир и надеялась, что смогу
вы, я надеюсь, по-прежнему несогласные
с кем-нибудь кроме причала на берегу.
Powered & design by Squarespace. / Design edit by Krists Saržants
